— Сейчас мы с вами простимся, а в четыре часа, если не возражаете, заедем за ней и свезем на студию для пробы.

На прощание пожилой сказал отцу Кутти:

— Ваша девочка нам очень понравилась. Надеюсь, что скоро она прославится. Если вы вечером свободны, я хотел бы кое-что с вами обсудить.

Весь день муж и жена только и думали, только и говорили что о своей дочке. Жизнь словно разом стала легче и содержательнее.

— Вот так, наверно, чувствуют себя богачи, — сказал отец Кутти, — ни закладных, ни долгов, и денег сколько угодно. Смотри, старушка, этак я, пожалуй, брошу свою паршивую работу и займусь чем-нибудь другим. После этого фильма на малышку будет огромный спрос. Я куплю ей дом в новом районе.

— Не забудь купить ей паровоз и куклу — лысую куклу. Она с утра до ночи такую просит. Стоит, кажется, шесть с чем-то рупий.

— А хоть бы и шестьдесят. Не все ли равно? Конечно, купим.

В три часа Кутти была готова. Мать растустила ей волосы и одела ее в коротенькое платье. Кутти страшно рассердилась. «Терпеть не могу это платье, зачем ты на меня надела это противное платье?» Она яростно дергала себя за волосы. «Завяжи их лентой. Я так хочу… А мне все равно, мне все равно». Мать кое-как успокоила ее и отправила поиграть во двор.

— Только смотри не загрязнись, — предупредила она.

В четыре часа, когда кинематографисты приехали, отец Кутти пошел за ней во двор. Ее не было видно. Он спросил жену:

— Где Кутти?

— Была во дворе. Может быть, забежала к соседям. Сейчас погляжу. — Через несколько минут она вернулась. — Странно, ни в соседнем доме нет, ни через дом. Куда же она могла уйти?

Элегантный подождал четверть часа, потом сказал:

— Мы будем на студии. Как только найдете ее, привозите. Договорились?

— Да, — сказал отец Кутти.

И начались поиски. Мать бегала из конца в конец улицы.