— Ах, конечно, конечно! — залепетали они и, перебивая друг друга, стали вдруг рассказывать мне содержание какого-то дамского романа, который, как оказалось, прочитали в самолете.

Главная героиня, защищая любимого мужчину от врагов, решается на тяжкое преступление и потом сдается полиции. Из тюрьмы она выходит спустя десять лет, седая и просветленная. В общем, круче, чем в индийском кино. Анна и Мария с таким восторгом изливали на меня содержимое дешевого романчика, что я усомнилась в их психическом здоровье. Ладно, дуры, но больные дуры?

Впрочем, девочки быстро потеряли интерес и к данной теме, и ко мне. Казалось, они существуют в своем изолированном мире. И только время от времени высовывают из-за толстой стены отчуждения незамутненные знанием жизни мордашки и, приходя в неописуемый восторг, тут же улезают обратно. Как в зоопарке.

Они были очень странные. Пожалуй, до сих пор я не встречала людей, чья глупость внешне смотрелась бы так очаровательно. Считая себя не столько красивой, сколько умной, я возносила достоинства интеллекта на высоту, недоступную в моем понимании большинству женщин. Высокий коэффициент умственной деятельности считала своим тайным оружием и в глубине души гордилась умением быстро вставлять в разговор ту или иную яркую цитату, замаскированную под собственную мысль. Конечно, к большому уму мне хотелось бы иметь еще и длинные ноги и шикарную грудь… Но уж что бог послал.

А тут я вдруг отчаянно позавидовала девочкам.

Глава 3.

В которой камера оператора судорожно скакала по каким-то руинам, еще дымящимся.

В десятом часу в комнате сестер началась суета. Они хлопали дверцами шкафа, хихикали, разговаривали с кем-то по телефону. В десять сестры вышли в гостиную при полном параде. Анна — в красном, Мария — в голубом. А может, наоборот, в голубом была Анна. Смотрелись они ослепительно, почти неприлично.

И все-таки я не верила ни в их глупость, ни в их красоту.