- Сейчас диссиду читаю, ух, интересно, - говорит Паша.
- Сегодня диссидент, а завтра сидент. А книги эти - макулатура. Пробовал читать, помнишь, ты мне брошюрку давал? Не дочитал. Куда ее? Селедку заворачивать или на гвоздь в туалете... Вот Шолохов - это писатель.
- А ты знаешь, что твой Шолохов чужую книгу украл, - заводится Паша, и фамилия у него не Шолохов, а Шолох... Что-то наподобие Шолох-Алейхема.
- Будет тебе врать.
- Ну хорошо, вру, вру... Такие дела не для тебя, Володя. Я тебе больше ничего давать не буду. А тебе, Венька, я достану... Кое-что дам... Только бы еще "Континент" последнего выпуска достать.
- Экая невидаль, - вдруг говорит Володя, уязвленный замечанием Паши,у меня есть. Последнего выпуска.
- Ты что? Откуда? - удивляется Паша.
- Это у него есть, - подтверждает и Ленка, которая входит из комнаты на кухню и слышит последние слова.
- Не может быть. Покажи.
- Принеси, Лена, - говорит Володя.
- Ерунда какая-то, - говорит Паша, - ты хоть знаешь, где "Континент" выпускается?
- А что там знать. На нем же написано. В Йошкар-Оле.
- Чего? В какой Оле?
В это время Ленка приносит коробку с электробритвой. Паша долго смеется.
- Чего ты, - говорит Володя, - чего это ты проглотил? Не видишь надпись: "Континент", Йошкар-Ола. Последний выпуск.
- Голова садовая, я тебе про журнал, а ты мне электробритву показываешь. Ты хоть слышал, какие журналы за рубежом издаются? "Континент" вот в Париже, "Известия для всемирного христианства", не помню, где издается, и еще в Америке, недавно читал, вот название в голове вертится... - Паша глядит в потолок, вспоминает.- Ах, вот оно, вспомнил "Евреи и мы".
- Все это мусор, - говорит Володя.
- Ну, мусор, мусор, не будем спорить, про споры очень хорошо в одной книге написано... Не помню, как, но помню, что хорошо...