Больше всего возни фельдшеру с повторными.

Вы имеете понятие о повторных?

Если вы поранили, например, палец, вы идете к врачу. Врач делает вам перевязку. Несколько перевязок, и вы застрахованы от гангрены.

В порту не то.

Является в амбуланс дикарь и стонет. У него на ноге – рана.

Фельдшер тщательно промывает ее, накладывает повязку и говорит:

– Приди завтра.

– Ладно!

Но дикарь целый месяц не кажет носа. Он наконец является.

– Как рана?

– Ой!…

Фельдшер обнажает ее и видит сильное нагноение. Ногу от нагноения даже вздуло.

Фельдшер опять промывает рану и накладывает повязку.

Дикарь уходит и к вечеру, выпив, вываляется в грязи. Повязка сползет и загрязнится. И так без конца.

Вот вам и повторный, вечно перевязывающийся и досаждающий фельдшеру!

И таких повторных в порту масса.

Обилие повторных можно объяснить частью нуждой, частью пьянством.

Впрочем, нужда – главный поставщик повторных.

Дикарь, как бы он ни был болен, работает. Да иначе и нельзя. Кто его кормить будет?

Приходит однажды к фельдшеру с раной на голове угольщик.

Фельдшер, по обыкновению, промывает ее и накладывает повязку.

– Василий Неоныч! – просит больной.

– Что?!

– Нельзя ли полегче повязку-то?!

– Как?! Ведь надо, чтобы воздух не проходил.

– Да вы, право, легче! А то меня не возьмут на работу! Больной, скажут!

– Хорошо! Я легко перевязал, только будь завтра! Слышишь?!

– Слышу!

Но он приходит не завтра, а через месяц.

– Ну-ка, покажи свою голову.

Угольщик показывает. И о ужас! Форменная рожа

у него на голове. Она захватила всю волосяную область и ползет на лицо и шею.

Надо видеть фельдшера за работой, в амбулансе.

Как он возится с больным! Он обмывает ему грязную, черную, пять лет, быть может, не мытую ногу, скоблит ее, пока не покажется человеческая кожа и не обнаружит страшную, шириною в кулак, язву.