— Ваши сведения, как всегда, точны, Руди, — важно сказал Тайга в протянутый ему под нос диктофон. — Десять дней назад имело место хищение оружия из расположения нашей части.
Ты уж прости меня, Рожнов, виноват ты или нет, но сейчас я понавешаю на тебя собак…
— Офицер, ответственный за это происшествие, вскоре предстанет перед судом. В результате проведенных мероприятий нам удалось выйти на след преступников и обнаружить тайник. Оружие возвращается в часть. Вопросы есть?
— Есть, — сказал Штайер. — А что в сарае?
Тайга сглотнул.
— В сарае — засада, — сказал он. — И вы очень обяжете меня, Руди, если эта информация не облетит всю планету в ближайшие сутки.
Когда военные ушли от причалов, Штайер приблизился к солдату, застывшему на краю причала. Тот отрицательно покачал головой и чуть опустил ствол автомата, перекрывая журналисту дорогу.
— Ага, — сказал Штайер. — Засада. Вы бы еще танк сюда подогнали.
Воскресенье
Выехали на час раньше согласованного времени. Не в сумерках, а в полной темноте — четыре пальца гор едва-едва начали прорисовываться на востоке черным по темно-синему. Два «бэтээра» с полным экипажем плюс по восемь солдат на броне.
Предрассветный холодок искал лазейку за шиворот. Тайга сидел, нахохлившись.
Подобные рейды не были редкостью, да только не часто приносили улов. Дырявая сетка пропускных пунктов миротворческих сил, защищающая в основном города, оставляла перемещение местных жителей полностью бесконтрольным.
Информация о спецоперациях утекала в сторону заинтересованных лиц быстрее, чем появлялась. И сейчас, вглядываясь в бледные занавески на окнах домов, Тайга пытался угадать, за какой из них через минуту потянется рука к телефону. Город не спит, вдруг показалось Роману. Ни от одного темного окна не струится сонная нега. Плешин притворяется спящим, плотно закрыв глаза и ровно дыша, — но это только притворство.