Во как бывает в лучших домах! Клин клином вышибают - золотое правило. Так я философствую, идя по аллее, затем быстро поднимаюсь по лестнице и оказываюсь в просторном холле, выложенном плиткой под шахматную доску, в котором какой-то малый сидит на стуле и мечтает о королеве. По моим прикидкам, это последний укрепленный бастион перед кабинетом профессора Тибодена. Я опять вынимаю пропуск, и он довольно грациозно кивает. - Можно видеть профессора?- спрашиваю я, подкрепляя просьбу любезной улыбкой, которой место на первой странице "Сине-Ревеласьон". - Вас проводят. Он нажимает пальцем с ногтем в трауре на кнопку. Где-то в домишке раздается звонок, и появляется очень симпатичная особа, чей лифчик явно надут не осветительным газом. Она платиновая блондинка, одетая в белый халат и черные чулки, самые что ни на есть модные сейчас, а ее лукавый вид вызвал бы игривые мысли у целого научного симпозиума. Она осматривает меня, изучает, оценивает и просит следовать за ней, что я делаю с большой охотой, сожалея лишь о том, что мы направляемся в кабинет старого профессора, а не в отельчик "Пу-Нервё", где номер двадцать два перманентно зарезервирован для меня. Она выходит из холла в коридор, ковер в котором протерт до пола. Освещение составляет одна-единственная засаленная лампочка, глупо висящая на проводе, как одинокая груша на лишившейся листьев осенней ветке. Прежде чем мы доходим до конца коридора, я спрашиваю ее своим самым нежным голосом: - Вы секретарша профессора? - Да, месье,- отвечает она. - Он умеет подбирать персонал,- высказываю я свою оценку. Она издает тихий смешок, идущий прямо в глубины моей души. Осмелев, я развиваю достигнутое преимущество: - А чем вы занимались во внерабочие часы до встречи со мной? Тут она бросает супервзгляд, призванный растопить меня. Такие взгляды производят в спинном мозге короткое замыкание. - Ждала вас, как видите,- щебечет куколка. Мне кажется, она умирает от скуки в этом поместье и антирадиационные ученые ее достали.