— Тоже.

— А салфетки?

— Тоже.

— А стаканы?

— Все значит все, и мне совсем не до шуток. На молодую мать очень косятся, если ее дочь не похожа на пряничную куклу.

— Не хочу быть похожей на пряничную куклу!

— На молодую мать, у которой нет на свете никого, кроме маленькой дочери, смотрят очень косо.

— У тебя есть Папа Мальчик.

— Нет, Лягушонок, это у тебя есть Папа Мальчик. У меня — нет. Мы с ним развелись.

— Но ведь Папа Мальчик не умер, и пока он не умер, он есть у меня и есть у тебя.

— Боюсь, что нет. А потом, он ведь в Париже и думает пожить там некоторое время.

— Он присылает деньги.

— Да, когда ему удается их заработать.

— И у тебя есть мой брат Пит.

— Нет, твой брат у твоего отца.

— Почему мой отец увез моего брата в Париж?

— Ты ведь прекрасно знаешь, что год тому назад мы все сошлись на том, что твой отец возьмет к себе Пита, если Пит захочет (и он захотел), а ты останешься со мной, если ты захочешь, — и ты захотела.

— Но я хочу быть и с моим отцом.

— Ешь яйца.

— Нет, правда, Мама Девочка, я хочу быть с ним и с моим братом Питером Боливия Сельское Хозяйство и хочу, чтобы и ты была с нами.

— Я здесь, ты здесь, а твой отец и Пит — в Париже, и на этом конец.

— Почему?

— Знаешь, у меня и так голова трещит от забот, и я не намерена объяснять тебе в сто первый раз, что твой отец и твоя мать разведены. Когда мужчина и женщина разведены… в общем, это значит, что вместе они больше не живут.

— Я знаю, что ты больше всех на свете любишь папу, и ты это тоже знаешь.

— Может быть — но и нет никого на свете, кого бы я так ненавидела.

— Неправда, ты его любишь!

— Ненавижу.

— И он тебя любит.

— И он меня ненавидит.

— Как можете вы сразу любить и ненавидеть друг друга?