Он явился точно ко времени, постучал, зашел в кабинет, дисциплинированно стоял под портретом Брежнева. Санечка стоял, не садился пока не приказали, пока,согласно учрежденческому этикету, Мария Петровна, будто очень занятая, что-то проверяла и дописывала в своих официальных бумажках.

- Вы не возражаете, если мы с вами сегодня немножечко побеседуем, Александр Саулович? ...Кто там у вас ведущая - тов. Елизарова? Мария Петровна тепло улыбалась. Глядела на посетителя материнским взглядом.

- Ну, расслабься, дружок, -думала. - Я тебя в обиду не дам.

Клепик, молча, кивнул. Сглотнув, сказал: - Видите ли, мое дело, так сказать, абсолютно не движется. Вы уж, пожалуйста, побеседуйте. Ваше, если позволите, лицо... в общем, располагающее... уж извините...

- Ничего, ничего. Не извиняйтесь. Каждой женщине комплимент приятен. Давайте посмотрим теперь, что там у вас? Что за причина отказа?

- Без причин, - быстро подсказал Клепик - Нет, нет, как же, вот тут указано... - Мария Петровна листала страницы личного дела.- Так... минутку...здесь ясно сказано - выезд не-целе-соо-бразен. У всего, милый человек, есть причина. Вот, вы сами, к примеру, скажите -для вашего отъезда, что у вас за причина?

- Ну, там... воссоединение семьи, как говорится... и вообще...

- Чего же вы сами-то разъединились, Александр Саулович? То то и оно! Кстати, как там ваши, устроились?

- Про... работают. Ничего. Отец сильно болеет.

- Программисты - это хорошо. Вы, кстати сказать, гражданин Клепик, лично программированием владеете? Нет? Вот видите, сами же себе и ответили. И болеть никакому человеку на чужбине не позавидуешь.