— Хорошо, — отзывается брат главаря. — Еду.

«Далеко не уедешь, — подумал Масай-богатырь. — Я жду тебя».

Приметил Масай-богатырь, что недалеко от чума, по дороге, ведущей в сторону города, протекала река, заросшая по берегам густым тальником. Услышав слова главаря, он туда и поспешил. И спрятался на спуске к реке, в кустах у правой обочины нартовой колеи.

Между тем брат главаря запряг четырёх резвых нетелей-важенок, вскочил на нарту и пустился по дороге в город. На спуске к реке Масай-богатырь сдёрнул его с нарты и опустил свой кулачище ему на макушку — тут брат главаря испустил дух. Масай закопал труп в снег, а упряжку спрятал в кустах. И тихонько вернулся к чуму. Слушает, что делается внутри. А внутри чума главарь так и не дождался гонца. Тяжело вздохнул, сказал младшей сестре:

— Сестра, в город съезди, огненной воды привези.

— Хорошо, — откликнулась сестра. — Сейчас поеду.

«Далеко не уедешь, — подумал Масай-богатырь. — Я жду тебя». И он поспешил на своё старое укрытие на спуске к реке, у обочины в кустах, и начал ждать очередного гонца за вином.

Между тем сестра главаря оделась-обулась, запрягла четырёх резвых бычков, вскочила на нарту и полетела в город за вином. Но на спуске к реке Масай-богатырь сдёрнул её с нарты, приподнял над землёй и отбросил на обочину дороги — там она испустила дух. Труп, как и тело первого гонца за вином, закопал в снег, упряжку запрятал в кустах. И вернулся к чуму. А внутри чума главарь просит женщину-пленницу:

— Женщина, выйди на улицу, посмотри, не едет ли моя сестра?

— Хорошо, — ответила пленница, жёнушка Масая.

А Масаю-богатырю это и надо было. И когда жена вышла на улицу, он тотчас схватил её за руки, отвел подальше от чума, тихонько стал расспрашивать её:

— Милая жёнушка, как ты — здорова ли?!

— Как видишь, жива-здорова, — радостно прошептала она.