Маху недоверчиво смотрел на царевну, вытянув шею.

— Рабыня так и сказала?

— Именно так.

— Но ее надо арестовать!

— Мы с Пасаром привели ее сюда под надежной охраной. Она теперь пленница в этом дворце.

Маху попытался воссоздать картину событий: смерть Сменхкары ускорил Ай, и это означает, что властелин Ахмина незамедлительно сообщил об этом своей внучке, а затем прибыл в Ахетатон с намерением освободить Вторую царскую жену. С какой целью? Понятно, что не отеческое сострадание стало причиной его поспешного, точно рассчитанного приезда. Слова рабыни так и звучали в голове сыщика: Ай уже видел себя владыкой царства! На что он рассчитывал? Кто должен был стать супругом Макетатон и получить таким образом доступ к трону? Но еще жива Меритатон… Только один вывод представлялся бесспорным: вне всякого сомнения, Ай устроил это отравление с тем, чтобы наконец освободить себе путь к власти…

Тыльной стороной руки он вытер капельки пота, блестевшие над его верхней губой.

— Царевна, где сейчас царица?

— Она уехала.

— Уехала? Куда?

— Мне это не ведомо.

— На чем она уехала?

Маху удивился, заметив, какими взглядами обменялись Анкесенпаатон и Пасар.

— Мне это не ведомо.

Он подозревал, что царевна знает правду, но замалчивает ее.

— Она жива?

— Она уехала с Неферхеру и ребенком.

— Почему она уехала? Она боялась за свою жизнь?

— Она не предупреждала меня о своем отъезде. По-видимому, решение было принято поспешно.

Маху вспомнил о трупе, который был найден в саду.

— Царевна, я беспокоюсь о твоей безопасности. Не лучше ли тебе находиться в Фивах?