Фердинанд. Будь осторожна. Это страшная женщина. Она властвует над твоим отцом. Она готова на смертельную борьбу.

Полина. Смертельную борьбу! Иного я и не жду от нее.

Фердинанд. Умоляю, берегись, милая Полина! Мы хотим принадлежать друг другу, не правда ли? Так вот, прокурор, мой товарищ, считает, что, если мы желаем преодолеть разделяющие нас препятствия, нам нужно решиться на временную разлуку.

Полина. Дай мне два дня сроку, и я всего добьюсь от отца.

Фердинанд. Ты не знаешь графини! Она слишком далеко зашла, она не станет щадить тебя и решится на все. Но не бойся, прежде чем уехать, я дам тебе против нее страшное оружие!

Полина. Дай, дай!

Фердинанд. Нет, еще не сейчас. Обещай мне, что прибегнешь к нему только в том случае, если будет угрожать опасность твоей жизни, — иначе это было бы непорядочно с моей стороны. Но раз дело касается тебя...

Полина. Что ж это за оружие?

Фердинанд. Письма, которые она писала мне до замужества, а частично и после. Завтра я тебе их передам. Не читай их, Полина! Поклянись мне нашей любовью, нашим счастьем. В случае надобности просто скажи ей, что письма у тебя, увидишь, как она затрепещет, как будет ползать у твоих ног, потому что все ее козни рухнут. Но помни: это крайнее средство. А главное, спрячь их получше.

Полина. Какой страшный поединок!

Фердинанд. Да, страшный! А теперь, Полина, стойко, как и прежде, храни тайну нашей любви. Не признавайся в ней до последней возможности.