Но не сразу, а постепенно. То есть, студенты закрывали Машку в сарае, уходили чинить забор, но не проходило и минуты, как чудо местного свиноводства бежало к студентам и заинтересованно проверяло – что они там делают. С руганью поросенка загоняли в сарай, затыкали дыру доской или фанерой, но не успевали взять в руки молоток, как любопытное розовое животное опять втискивалось между практикантами. В конце концов, студенты решили использовать поросенка, как калибратор. Они все втроем ходили вдоль забора и при нахождении подозрительной прорехи мерили ее непосредственно Машкой. Пролезет – не пролезет.

Когда последнее отверстие было заделано, практиканты пошли на летнюю кухню перекусить и закрыли дверь. Машка потолкалась пятаком в доски, фыркнула и пошла по двору – изучать мир. В это время скрипнула калитка и во двор вошел экспедиционный сторож дядя Миша в неизменных резиновых сапогах и противоэнцефалитном костюме.

Вместе с дядей Мишей во двор протиснулись две его собаки. Рыжик – маленький, кривоногий, наглый до безумия пес, и здоровый полуовчар, полу- черт знает кто! – серый с подпалинами, Джульбарс. Но Джульбарс – это сильно официально и так его никто никогда не величал. Вся деревня знала его как Жулика, и это, само собой, не без причины!

Умные собаки прекрасно знали, что территорией дяди Миши (а значит – и их!) было не только его подворье, но и беспокойный летом, а зимой безжизненный двор с вагончиками, сарайчиком и летней кухней. Поэтому, даже когда дядя Миша был далеко, они сами патрулировали подступы к базе и наказывали виновных в посягательстве на ненужное им самим имущество. Нужное, то есть – кости, мослы, вообще все, что можно было съесть, они трескали сами, а что не могли прожевать – закапывали на черный день.

Заскочив на территорию базы, они с недоумением увидели розовый и совершенно беспризорный кусок парной поросятины. Но поросятина не помчалась прочь, визжа и спасая свою жизнь, а дружелюбно подбежала к хищникам и стала тыкаться пятачком в их морды.