— Но ты же знаешь, что этот день далеко не для всех праздник, — ответил Салли. — Для многих это скорее трагический день. Для шайонов, например.

Микаэла знала, что с индейцами, обосновавшимися неподалеку от города, Салли связывает сердечная дружба. У вождя по имени Черный Котел и его племени Салли нашел опору и поддержку в те трудные для него времена, когда его молодая жена Абигейл умерла при родах. С тех пор Салли носил одежду, которая считалась необычной даже в Колорадо-Спрингс.

— Я знаю, Салли, — ответила Микаэла. — Но для Брайена это всего лишь безобидный маскарад. Вот вырастет и выработает свои собственные убеждения.

Салли внимательно посмотрел на нее своими светлыми глазами.

— Я иду на переговоры между шайонами и Штатами. Несколько дней назад правительство приняло новое решение, — сказал он, переходя к другой теме. — Индейцам придется отдать еще один кусок своей территории.

— Но для чего тогда переговоры, если решение уже принято? — недоуменно спросила Микаэла.

Салли пожал плечами:

— Об этом тебе лучше спросить Брайена, когда он вырастет.

С этими словами он повернулся и пошел прочь.

Микаэла после недолгого раздумья подобрала свои юбки над пыльной дорогой и поспешила вслед за Салли к площади, где прямо под американским флагом, уже вывешенным в честь праздника, собрались шайоны — вождь Черный Котел и несколько индейцев из его племени.

Вождь принарядился по-особенному — видимо, специально ради переговоров. При ближайшем рассмотрении Микаэла заметила, что через плечо у него перекинут американский флаг, по всей видимости переданный его племени по случаю какой-нибудь церемонии. Микаэла поняла, что этот знак должен был сигнализировать о готовности шайонов идти на компромисс и кооперироваться с властью.

Власть представлял полковник Иген, молодой человек, лицо которого выдавало его неискушенность.