У Кейси вошло в обычай самому отвечать на некоторые запросы во время воскресного дежурства. Это, кстати, позволяло ему хотя бы отчасти знакомиться с поступающими в его аппарат документами в их первоначальном виде. Вот и сейчас он придвинул пишущую машинку и напечатал в трех экземплярах ответы на некоторые телеграммы — обычные канцелярские запросы, на которые, по разрешению членов комитета начальников штабов, он мог отвечать сам. Остальные, те, что требовали ответов кого-нибудь из членов комитета начальников штабов, он сложил в специальную папку. На каждом документе Кейси указал время поступления, а на некоторых проставил номер соответствующего приказа или директивы. В процессе этой работы ему приходилось заглядывать в большие папки, хранившиеся в его личном сейфе, и документы, в которых имели гриф «Совершенно секретно».

Время подходило к полудню, когда Кейси покончил с делами и, захватив большой конверт с подготовленными ответами, отправился в шифровальную. Но сначала ему нужно было, как всегда, наведаться в центральный пункт управления комитета начальников штабов. В этой огромной комнате, сплошь увешанной различными картами, офицеры несли круглосуточное дежурство, обслуживая высшее командование вооруженных сил страны. Линии связи соединяли пункт управления более чем с сотней основных командных пунктов, включая командование стратегической авиации близ Омахи, объединенное командование ПВО североамериканского континента в Колорадо-Спрингс и штаб вооруженных сил НАТО в Париже. На отдельном столике стояли телефоны — позолоченный и красный — для немедленной передачи боевых приказов в случае возникновения войны.

Кейси немного поболтал с дежурным офицером. Судя по картам, нигде не проводилось никаких учений, если не считать одного из районов в южной части Тихого океана, очерченного красным карандашом, где шесть атомных подводных лодок начнут завтра учебные стрельбы ракетами «Поларис». Кейси пробыл на центральном пункте всего несколько минут.