Люди высыпали из машины и, горланя, окружили автобус.

— Геофизики приехали!

— А я думаю: чей автобус стоит?

— Ночью работать начнете? Или завтра с утра?

— Давай в ночь! С утра фильтровую колонну сажать будем. Петька, дизель заводи! Где “бугор”?

Из кабины солидно вышел “бугор”, Иван Севастьяныч Свекольников. Выбил о колено кепку, взял ее на ладонь и положил себе на макушку блином.

— Как здоровье? — просипел он и подал Вадиму руку.

— Привет, Севастьяныч. Бурение когда закончили?

— А к обеду закончили, — сипел “бугор”. — Как говорил тебе по рации, так и закончили. В срок.

— Скважину промыли?

Бригадир обиделся. Щелкнул крышкой портсигара, не спеша закурил.

— Все по уму. Халтуры не держим. Вот так вот…

На буровой затрещал бензиновый пускач, басовито откликнулся дизель — загудел мощно и ровно. Вдоль вышки зажглась гирлянда ламп ночного освещения, вспыхнули прожектора.

— По девону много прошли? — спросил Вадим.

— Две штанги и половину квадрата, — ответил Свекольников. — Есть вода, не беспокойся. Для маслозавода хватит.

— Посмотрим…

— Ну посмотри. А я потом подойду. — Бригадир, слегка припадая на правую ногу, побрел к вагону. Вдруг остановился: — Чуть не забыл! Утром машина была от Колядина. Трубы компрессорные завезли, и чтоб, значит, вас предупредить: кончил скважину Колядин, ждет.

— Что ж ты молчал?! — удивился Вадим и заспешил к автобусу. — “А Колядин тоже хорош! — желчно подумал он. — Кончает бурение и ни гу-гу!.. Хотя все правильно, у него ведь рация на ремонте. Кровь из носа, а завтра утром надо быть на буровой Колядина. Ах ты, черт подери, задал задачу!”

У дверей автобуса собралась вся бригада, заглядывали в салон, негромко пересмеивались.