Но сейчас перед русским войском была сплошная железная стена.

Русские стрелы ломались о доспехи. Немецкие же железные стрелы, которые пускали из-за щитов пешие арбалетчики,

Падали русские воины на снег, орошая его кровью.

К Дмитрию подъехал князь Довмонт:

— Нельзя так стоять! Побьют ратников без толку!..

Дмитрий сердито оборвал его:

— Сам вижу, что стоять худо. Но и идти на копья — не лучше!

А тяжелые арбалетные стрелы летели и летели из-за немецких щитов, находя новые жертвы…

— А ведь можно потревожить немцев, можно! — вдруг сказал Довмонт. — Вели приказать, чтобы привезли пороки. Да каменных ядер побольше!

— Верно! — загорелся Дмитрий. — Пусть едут в обоз!

Вскоре через головы новгородских ополченцев полетели тяжелые каменные глыбы, сбивая с коней рыцарей, проламывая латы, калеча лошадей. Рассыпалась линия щитов впереди рыцарской конницы. Немецкие пешцы, бросая копья, разбежались.

И не выдержали немцы!

Взревели, возвещая атаку, боевые рожки. Тронулась на новгородский лицевой полк железная немецкая «свинья». Русские полководцы навязали-таки рыцарям свою волю, по-своему повернули ход сражения!

С оглушительным лязгом оружия и воинственными криками рыцарская конница врезалась в строй новгородского ополчения. Попятились новгородцы под страшным напором. Все дальше и дальше, разрезая их строй, пробивался немецкий железный клин.

Всадники в рыцарских доспехах, мерно поднимая и опуская мечи, плыли над головами пеших новгородских ратников, как черные варяжские ладьи по бурным волнам. И как ладьи, тонули в волнах новгородского ополчения.

На помощь новгородцам Дмитрий Александрович двинул с левого крыла тверскую конную дружину князя Михаила. Как и ожидалось, это не было неожиданностью для немцев. Отряд рыцарей, прикрывавший фланг войска, неторопливо выехал навстречу тверичам и задержал их. Дружинники тверского князя рубились отчаянно, но пробиться через заслон не могли.