Вита нашарила на полу свою сумку - единственную знакомую и понятную ей здесь вещь, вцепилась в нее обеими руками и стала наблюдать за боем.

Вскоре она поняла - нападающих было трое, все в желтых рубахах, с блестящими шлемами на головах. А защищал узкий проход только один. У него не было шлема. В одной руке он держал короткий меч, в другой - овальный щит. Неожиданно Вита поймала себя на том, что болеет за него: один против троих! К тому же ей страшно не понравились лица нападающих. На шлемах были маленькие щитки, защищавшие нос и глаза, и это придавало воинам зловещий вид. "Где только таких отыскали..." - невольно подумалось о них, как об актерах, которые снимаются в фильме. Но в это время воин, стоявший спиною к ней, оглянулся, и она увидела лицо, покрытое густою черной бородой, широко поставленные большие глаза, взгляды их встретились, и мгновенно, с жестокой ясностью Вита поняла: бой - настоящий, и чернобородый защищает ее! Он знает, что там, в углу, за его спиной сжалась в комок растерянная девчонка...

Пораженная таким открытием, она вскочила на ноги. Бой кипел уже под факелом. Вот чернобородый сделал резкий выпад - и один из нападающих упал. Воины в шлемах отступили, а затем, разозленные неудачей, с удвоенной силой ринулись вперед. Чернобородый быстро отскочил в сторону, тот, кто был к нему ближе всех, по инерции шагнул вперед - и оказался так близко от Виты, что она отпрянула, но меч чернобородого упал на него сзади, и еще один враг покатился ей под ноги. Она вскрикнула, ее защитник снова оглянулся, и чужой клинок взвился над его головой, однако он почуял опасность, пригнулся и успел отбить удар. Вите хотелось надавать себе пощечин. Дура! Трусиха! Надо же было ей завизжать! Не помня себя от стыда и злости, она схватила щит убитого и что было сил швырнула его в последнего из врагов. Тот пошатнулся. Блеснул меч. Девушка крепко зажмурилась и припала лицом к стене. Стало тихо, только факел потрескивал.