Он рассмеялся:

– Да, ладно тебе! Маниак и Харальд сын Сигурда – не единственные мужчины в Византии. У тебя же есть еще этот император, Роман, коротышка с башней из золота на голове. Вот ему и доверяй.

Она медленно поднялась с трона.

– Харальд, Роман умер.

Харальд изумленно уставился на нее:

– Да я же только вчера сопровождал его в собор Святой Софии. Он был весел, всю дорогу смеялся над тем, как ему удалось подшутить над камерарием.

– Когда я его видела в последний раз, вскоре после полуночи, он не смеялся, – заметила Зоя.

– А что же он делал? – жестко спросил Харальд, шагнув к ней.

Она опустила глаза.

– То, командир, что делает любой, кто принял яд. Кричал, молился, издавал всякие жуткие звуки.

– Я почти ничего не знаю о том, как умирают от яда, – проговорил Харальд. – Должно быть, ему здорово надоело жить, раз он пошел на такое. Скажи-ка, женщина, а почему ты называешь меня командиром?

Императрица Зоя горделиво выпрямилась:

– Потому, что ты, викинг, теперь командир и есть. Ночью варяги на своей сходке избрали тебя командиром. А потом стали грозить мне, что если ты не будешь освобожден и назначен командиром варяжской гвардии, то они спалят императорский дворец.

Харальд рассмеялся:

– Северяне такие шутники! Не стоит принимать их всерьез. Ради красного словца они еще и не такое скажут.

Зоя нахмурилась:

– Ничего себе шутки! Они вошли с горящими факелами прямо в тронный зал. И к тому же опрокинули пять мраморных фонтанов и выковыряли кинжалами рубиновые глаза у украшавших их фигур львов.

Харальд кивнул:

– Да, я знаю. Иногда они слишком увлекаются. Но должен признаться, что я сам зарился на эти рубины.

– Увлекаются они, видите ли, – сказала она. – Да если бы я не собиралась выйти за тебя замуж, я бы приказала перевешать их как мятежников, а тебя ослепить за подстрекательство к мятежу.