Акли всплеснул руками.

- Ну, барон, вы просто душка! Да вы изнутри еще хуже одеты, чем снаружи. И за это ваше внутреннее облачение вы тоже заслуживаете, чтобы вас заперли. Помолчу только - куда.

- Сумасшедшим меня считаете, ха-ха-ха!? - удовлетворенно рассмеялся барон.

- Скажу одно: странные же у вас, барон, представления о браке! Вот к примеру ножницы, У них два конца, но эти концы должны соответствовать друг другу - тогда вы сможете ими что-то отрезать. И тем двум душам тоже нужно в одну слиться, дорогой барон. И если бы от меня зависела судьба мадемуазель Ковач, я бы так быстро выставил вас за порог с вашим предложением, что вы и опомниться не успели бы.

- Как, значит не вы опекун девушки? Тогда какого же черта заставляете меня выступать тут перед вами с речью на полчаса?

- Это я вас заставлял?!

- По крайней мере, за это время давно бы уже могли сказать, кто ее опекун?

- А этого я и теперь не собираюсь делать.

Странный тип удивленно вскинул вверх голову.

- Как это не собираетесь? Что сие значит? Да ваше поведение становится просто оскорбительным!

И его серые в голубизну глаза угрожающе впились в лицо Акли.

- Не собираюсь вас оскорблять, но исходя из данных обстоятельств, я прежде сам должен переговорить с опекуном девушки и выяснить у него, согласен ли он вас принять.

- Ну мы еще посмотрим, как это он меня не примет!

- Тем не менее это вполне возможно, и тогда....

- И тогда я пристрелю его как пса! - гневно взревел барон и заскрежетал зубами. - Я шуток не терплю, поберегитесь, сударь! И требую, чтобы вы мне немедленно назвали имя опекуна, к которому я должен обратиться.