Однажды под вечер кто-то, по виду деревенский паренек из северного пригорода, принес в корзине на продажу весенние грибы и «конские метелки». По его словам, этим он и жил.

Позвали его в дом О-Сити.

Время было весеннее, но в тот вечер не переставая сыпал снег. «Как я вернусь в деревню?» — печалился юноша.

Хозяину стало жаль его.

— Заночуй у нас в сенях где-нибудь в уголке. А с рассветом отправишься в обратный путь, — сказал он.

Юноша обрадовался. Прибрав в сторону плетенки, на которых разложили собранные в поле гобо

Однако ветер подбирался к самому изголовью, и сени выстыли. Уже жизни его грозила опасность. Дыхание замирало, глаза застлало пеленой.

В это время послышался голос О-Сити.

— Жаль того деревенского, — сказала она. — Напоите его хотя бы кипятком!

Стряпуха Умэ налила кипятку в чашку для прислуги, а слуга Кюсити отнес ее юноше.

— Спасибо за ваши заботы! — поблагодарил тот. В сенях было темно. Усевшись рядом, Кюсити

потрепал юношу за пучок волос надо лбом.

— Ты в таком возрасте, — сказал он, — что, живи ты в Эдо, у тебя уже был бы кое-кто на сердце. Эх ты, бедняга!

— Да ведь я вырос в деревне, в простоте, — отвечал юноша, — поле обрабатывать, да лошади смотреть в зубы, да хворост собирать — вот и все, что я умею.

И вид у него при этом был печальный.

____________________

____________________

Но вот пришло время отходить ко сну. Слуги поднялись по приставной лесенке в мезонин, и лампа едва мерцала там. Хозяин проверил замки на кладовых, а хозяйка строго-настрого наказала следить за огнем. Дошла очередь и до О-Сити: накрепко закрыли внутреннюю дверь — преградили дорогу любви.

Что за жестокость!

Колокол пробил два часа. Вдруг застучали в наружную дверь и послышались голоса мужчины и женщины:

— Проснитесь! Госпожа тетушка только что разрешилась от бремени, Да еще мальчиком! Данна-сама