Мессир, по-бабьи подбирая балахон, вскарабкался на мотоцикл позади мальчиша, они начали выезжать, но в дверях возник другой, поперек ставший мотоцикл, и всё смешалось в кучу. Лу и Света, схватившись за руки, заметались в толпе.

Как они вырвались в брешь в толпе, расталкивая дерущихся, черт знает. Скины для начала оравой набросились на самых пафосно одетых сатанистов, тех, что в балахонах в гриме. Девчонки продрались через пролом в заборе, бежали, запыхавшись. О счастье! — Слэш уже ждал, покуривая, у мотоцикла. Увидев, широко улыбнулся, стал заводить мотоцикл. С фабрики доносился ор и грохот. Слэш подмигнул: — Ромыч балуется экзорцизмом.

— Знаешь, тех, что на Мессира наехали? — Спросила запыхавшаяся Лу.

— А это мой однокашник. Он скинхед. Мессир могилы изгадил на кладбище, где его родаки зарыты, разрисовал рожами, матерщиной, звездами перевернутыми, насколько фантазии хватило. Ромыч долго сатанистов искал. Ну, я подсказал… Теперь он их отпиздит!

— Чем тебе лично Мессир мешал?

— Гадить на кладбищах — не готично.

— Козел, Слэш! — Закричала Лу, — нас убить могли!

— А вы им нужны? — Скептически заметил наглец. — Зато новости узнаю из первых рук…

— Вот такая сволочь, — обречённо констатировала Лу. — Ой, за нами бегут!

Из ворот фабрики летели несколько парней, один на ходу крутил цепь.

— Суки! Уроем! — Толпа преследователей вразнобой затопала к Слэшу и девчонкам.

— Мля! Влипли мы, — Слэш лихорадочно заводил мотоцикл.

— Говорил, что знаешь Ромыча, чего ж боишься? — Взвизгнула Лу.

— Твою мать! Не вижу там Ромыча! Они все какие-то одинаковые. Подтолкните мотоцикл! Быстрей, быстрей! — Орал Слэш, пытаясь завести байк, его голубые глаза стали круглыми как пуговицы.

— Не плюй в колодец — сам в него попадёшь. — Бросила Лу.