— Узнав место назначения каждого курсанта, сориентируем на поиск местные органы наркомата и войсковые отделы СМЕРШ

— Хорошо… Еще одна деталь… Прочел в деле описание Хижняка: высокий, узкоплечий, сутулый, глаза голубые, под глазами мешки, на вид лет пятьдесят. Арнольд Никитич, так?… Но Хижняк Арнольд Никитич проходит у нас еще по одному делу, и словесный портрет его совсем другой. Маленький, полный… Дальше говорить не стоит. Вот вам еще загадка, если, конечно, Белка не врет.

Они посидели молча, докурили папиросы. По раскрасневшемуся лицу молодого следователя Стариков определил, что у нею появились новые идеи. Когда-то и он быстро загорался, с энтузиазмом хватался за протянутую ниточку, и она вдруг обрывалась. Разочарование. Бессонница. Но здесь-то начинал приобретаться опыт.

— На составление ориентировок в войсковые части даю вам двое суток! — Твердым, командным голосом полковник вывел Гобовду из задумчивости. — Вплотную займитесь поиском Корня. На Хижняка мы составим еще предполагаемое фотоизображение, но заботу о нем проявят другие. Действуйте, лейтенант Гобовда!

5. Начало поиска

Темнело. В двухстах километрах от Курска, на аэродроме, взвыл и затих последний опробованный мотор. В землянке дивизионного отряда СМЕРШ таинственно мерцали радиолампы, слышался треск и вой перегруженного эфира. У приемника сутулилась радистка Татьяна Языкова и, мягко трогая верньеры, «прощупывала» заданный диапазон радиоволн.

Старший уполномоченный капитан Неводов ел из котелка остывшую кашу.