— Спасибо! Но откуда?…

— Я слышал, что вы безнадежно больны нумизматизмом. Эти реквизированы у сбитого «макаронника». Наслаждайтесь.

Маленький «оппель» резво бежал к аэродрому.

— Итальянец подал интересную мысль, — говорил Лавров, заполняя кабину ароматным дымом «Северной Пальмиры». — Его пугал сильный огонь наших штурмовиков, и я подумал: что, если попробовать маневренные качества «ИЛа»? Представьте, он довольно сносно выполняет фигуры высшего пилотажа. В сочетании с мощным огнем это опасно для любого истребителя. Сейчас попробую тренировать молодых пилотов… Еще минуту, капитан! — Лавров достал из сумки плитку шоколада. — Передайте Татьяне… И не судите строго старого холостяка.

— Она, кажется, крепко подружилась с лейтенантом Туговым.

— Да!.. Все равно передайте. — Лавров захлопнул дверцу машины и поехал на дальний конец стоянок.

Около самолетов, замаскированных соломенными матами, работали техники и летчики. Один из пятнистых «ИЛов» был тесно окружен людьми. Два парня в измазанных маслом комбинезонах приклепывали к фюзеляжу Т-образные металлические рейки. Невысокий летчик мешал капитану смотреть, и Неводов легонько отстранил его.

— Здравия желаю, товарищ капитан! — сказал тот.

— Здравствуйте, Шейкин. Что здесь происходит?

— Клепают направляющие для реактивных снарядов. Видите: зашел «худой» в хвост, а ему в пасть — гостинец из четырех эр-ес!

— Кто это придумал?

— Вася… То бишь, лейтенант Тугов, собственными мозгами?

Неводов нашел глазами Тугова, подошел к нему:

— Василий Иванович, вы не забыли о моем предложении? Помните наш разговор?

…Тугов помнил. Все помнил. В тот вечер он провожал Татьяну на дежурство. Около землянки СМЕРШа, прощаясь, обнял девушку. От ее волос, щекотавших глаза, пахло ромашкой.