Валы становились все выше и выше, они разбивались о борт корабля, обрушивались на него лавиной брызг. Число парусов сократили до минимума. Требовалось четыре человека, чтобы, навалившись на штурвал, удерживать корабль носом к накатывающим волнам. Скоро волны стали такими огромными, что корабль, взбираясь на них, сначала словно бы вставал на дыбы, заваливаясь назад под внушающим опасения углом, а затем, пройдя гребень, устремлялся вниз так стремительно, что бушприт глубоко зарывался в воду.

— Слава богу, мы сейчас не на «Мести», — Дампир с трудом перекрикивал рев ветра. — Ее бы разнесло в щепки.

Как вахтенные, они вдвоем с Гектором стояли на квартердеке, когда только начало рассветать. Оба тщетно пытались защититься от нескончаемых брызг, летящих в лицо. Внезапно они услышали проклятия одного из рулевых.

— Шпринтовый парус сорвало! Не удержу корабль на курсе! — закричал он.

Посмотрев вперед, Гектор увидел, что крошечный парус, торчавший на носу на своей собственной маленькой мачте, действительно сорвало. В управлении кораблем он больше ничем помочь не мог.

— Боцман, бери двоих и посмотри, что можно сделать! — Кук с трудом перекрикивал грохот волн. Рулевые, напрягая все силы, старались не потерять управление и удержать корабль носом к следующей набегающей волне.

А Гектор с Изреелем пытались добраться до покалеченного паруса. Перехватывая руки, цепляясь за канат, специально натянутый для безопасности тех, кто будет передвигаться по ходящей ходуном палубе, они пробирались на нос корабля. Тут накатила особенно свирепая волна, и Гектор ухватился за планшир, чтобы она, отходя, не утянула его за борт.

Наконец они добрались до нужного места на носу, к сорванному шпринтову и парусу. Боцман, бывший рыбак по фамилии Эванс, собаку съел на таких поломках. Бросив лишь один взгляд на клубок из мокрой парусины и обломков рангоутного дерева, он вытащил из-за пояса нож и принялся резать канаты. Гектор опустился рядом на колени и последовал его примеру.