Она совершенно не понимала, что с ней происходит, а для литературного героя это просто великолепно…

С. Жапризо

Слушайте, здесь дело идет о человеческой шкуре.

Г. Бургав

К моменту появления Волина под аркой собралась настоящая толпа. Оно и неудивительно. Первым, как водится, примчался наряд ППС, удостоверились в том, что труп действительно труп, а не какой-нибудь пьяный ханыга, связались с отделением и оцепили место происшествия. Проще говоря, перекрыли арку. Следом за ними прибыли двое местных оперов и – на кой ляд он тут понадобился? – кинолог с собакой. Затем приехали криминалист и судебно-медицинский эксперт. Волин и Костя Махотин, вечный фотограф-оператор, таскающий на себе целую фотовидеостудию, закрыли «список гостей». Опера успели подобрать двоих понятых. Убийство нынче штука не особенно редкая, процедура осмотра давно всем знакома и даже, более того, набила оскомину. Волин поздоровался сдержанно с понятыми, подошел к стоящему у стены печальному участковому, представился:

– Добрый вечер, лейтенант. Следователь Волин, районная прокуратура.

– Я помню вас, – жухло улыбнулся тот. – Месяцев шесть назад встречались на вызове. Поножовщина у вокзала, помните? Волин посмотрел на него отсутствующе, напряг память, но так ничего и не вспомнил. Однако кивнул:

– Помню, как же. Та-ак, – оглянулся на понятых. Двое. А где же третий? Тот, кто обнаружил труп. Должен быть здесь, но его нет. Странно. – Кто обнаружил труп, лейтенант? Лейтенант помрачнел еще больше.

– Понимаете, позвонили в дежурную часть, сообщили о трупе – и с концами. Вообще-то, оно понятно, – сразу же принялся развивать мысль участковый. – Это ж волокиты часа на четыре. Пока там осмотр, съемка, эксперты поработают, протокол, то да се. А уж без малого полночь. – Хлюпнул синюшным носом, пожаловался: – Сейчас такое часто случается. Наткнутся, позвонят – и дай бог ноги. Не сыщешь.