Ветра больше не было, и жара становилась изнуряющей. Почти вся команда дремала, растянувшись на палубе. Даже капитана разморило.

Икера захлестнуло безграничное отчаяние. Эти бандиты решили погубить его, во что бы то ни стало, и сбежать нет никакой возможности!

Юношу страшила сама мысль о том, что его поглотит море — вдали от Египта, без маломальского ритуала, без погребения. Умрет не только его тело, исчезнет и его душа, к нему придет полное небытие, «смерть навсегда» — наказание, предусмотренное лишь для преступников.

Какой проступок он совершил, что заслужил такую судьбу?

Икер не был ни убийцей, ни вором; его нельзя было обвинить во лжи или в лени. И, тем не менее, он оказался здесь и приговорен к самому худшему.

Вдали на поверхности воды замерцали блики. Икер подумал, что это обычная игра отражений, но явление нарастало и ширилось. На горизонте появилась какая-то полоса и стала расти — да так быстро, будто голодный хищник, настигающий добычу. В один миг сотни мелких тучек, возникших ниоткуда, закрыли все небо и превратились в черную плотную массу.

Внезапно вырванный из оцепенения капитан, не веря своим глазам, смотрел на взбесившуюся стихию.

— Ничто не предвещало такой бури, — прошептал он, ошеломленный.

— Проснись и отдавай распоряжения, — потребовал Черепаший Глаз.

— Паруса... Убрать паруса! Все по местам!

Гром ударил с такой силой, что оглушенные моряки не сразу смогли сдвинуться с места.

— Нужно принести в жертву мальчишку, — вспомнил Головорез.