Джордж помолчал, глядя на Ника серьезно, но не враждебно.

– Жаль, что я не вытянул из него больше. Он немного тронулся, что и неудивительно, если учесть, сколько ему предстоит пробыть в тюрьме. Он неохотно говорит о том, что произошло, хотя я и пытаюсь найти того типа – шотландца, которого он упомянул. Это нелегко, потому что тот больше не работает в Лондоне.

– Кто? – спросил Ник рассеянно и раскаялся в своей невнимательности, потому что Джордж посмотрел на него с осуждением и разочарованием.

– Тот тип, шотландец.

Последовала новая пауза. Ник почувствовал, что его тоже охватывает разочарование. Не то чтобы ему было неинтересно, но он уже чувствовал, что здесь не за что зацепиться.

– И что, по твоему мнению, я могу здесь сделать? – спросил он наконец.

– Но ведь это твоя тема – люди, отбывающие наказание за преступление, которого не совершали?

– Да. Но нужно иметь достаточно материала, чтобы доказать обратное: свидетели, не вызванные в суд, юридическая некомпетентность, какие-то доводы в пользу того, что человек не мог этого совершить. И необходимо убедиться во всем этом самому, прежде чем делать программу.

– Хорошо, пусть это будет не телевизионная программа. Ты же пишешь и для газет. Ты можешь написать в одну из газет, которые любят такие темы. Подумай об этом.

В голосе Джорджа почувствовалось отчаяние, что еще больше убедило Ника в безнадежности этого дела.

– Но ты не дал мне ничего, за что можно зацепиться. Статья получится не слишком длинной: «Я пошел выпить со старым школьным товарищем, который сказал, что знает человека, сидящего в тюрьме за то, чего не совершал; он настолько верит своему другу, что я теперь тоже абсолютно убежден в его невиновности…»