- Ты здесь? Ну, я так и подумал, в подсобке тебя нет, вот тут я шапку твою прихватил и сумку, что ж ты их бросил-то? Эй, пацан! Ты чего, да не бойся ты, ничего я тебе не сделаю.
Я сквозь красный туман в голове чувствую, как он присаживается передо мной на корточки, осторожно пытается разжать мои руки.
- Да ладно, брось, кончилось уже всё, ничего с тобой больше... - я резко вскидываю голову, сквозь слёзы смотрю на него.
Он, осёкшись на полуслове, раскрыв рот, потрясённо смотрит на меня. Похоже, видок у меня тот ещё.
- Что, и тебе захотелось, да?! Что ж ты там растерялся, вот дружки-то твои, - а? Посмелее они будут, ловко они со мной, вдвоём-то... - рыдания снова перехватывают мне горло. - Ни... ничего я тебе не бу... не буду я ничего, на, бей, тварь, можно!
Он хватает меня за запястья, начинает встряхивать мои руки.
- Ну что ты, а? Ну, успокойся, ну пожалуйста! Я же сказал, что ничего тебе не сделаю. Ну всё, кончай, пацан, а? Тише, тише, всё уже...
Он встряхивает мои руки снова, не сильно, осторожно даже как-то. И с правой моей ладони вдруг срывается капелька крови и падает ему на щёку. Он растерянно выпускает мои руки, вытирает эту каплю и недоумённо рассматривает свою руку.
- Что это? Это же кровь!
Он снова берёт меня за руки и, довольно больно их выкрутив, смотрит на мои ладони.
- Ни фига себе! Где это ты так?!
Он, задрав голову, смотрит на проволоку, на двери. И сама проволока и дверь вокруг неё перемазаны моей кровью.