Несмотря на медленность ходьбы, со странным удивлением он заметил, что дома и переулки так быстро уходят от него и остаются позади, словно какая-то неведомая сила со скоростью вихря проносит его по городу.

Множество раз Магрубет проезжал по этим улицам. Он встречал людей на пути, двигался от дома к дому, ощущал этот город, а теперь он не узнавал его, видел с какой-то иной стороны. Все стало чуждым. Даже не верилось, что это он когда-то любил свой город, когда-то жил в нем, потому, что теперь Магрубет был другим. Наступила совершенно новая, неведомая жизнь с новой, мучительно зовущей целью.

Предрассветная серость смутно обрисовала базарную площадь. Магрубет медленно ступал по каменным плитам. Не сразу он заметил, что какая-то черная тень неотступно скользит за ним несколько в стороне. Он резко остановился — словно сама собой сработала привычная готовность к опасности. Тень тоже замерла и тотчас вжалась куда-то в темень меж стенных выступов. Магрубет как бы очнулся, распрямился, рука легла на холодную рукоятку любимого меча.

Он вдруг ощутил огромное облегчение, а вся недавняя страшная тяжесть сразу исчезла без следа, уступив место чувству тревоги. Мгновенно он отметил про себя, что коня нет, щита нет, но зато он — снова прежний Магрубет, смелый воин, и сейчас, как всегда в своей счастливой жизни, бесстрашно ринется навстречу опасности… Он радостно захохотал и сделал шаг в темноту. Оттуда донесся жалобный, испуганный вопль.

— О, великий благородный воин! О могущественный господин! Пощади меня! Я иду за тобой, чтобы сказать тебе одну важную вещь, чтобы утешить твое гордое сердце. Пощади меня! Послушай меня, старика, пока никто еще нас не видит!

Из мрака к Магрубету полз на коленях старый лохматый человек, одетый в какое-то темное рубище. Всем своим видом он стремился явить добрые намерения и долго не поднимался с колен, сыпля льстивые приветственные восклицания. Наконец он встал, оперся на палку и приблизил свое лицо к лицу Магрубета.