— Я там запишусь… А можно вечером взять вот эту книжку?

— «Методику полевых исследований»? — удивилась библиотекарша. — Возьмите, если она вас интересует.

После работы, наскоро перекусив, Витька уткнулся в книжку и забыл обо всем на свете. Раньше он читал книжки о биологии кабана, лося, чтобы узнать, на что ученые обращают внимание, изучая зверей. А в этой книге были специально разработанная программа для изучения животных и методики различных наблюдений…

«С этой книжкой я уже не буду слепым котенком», — думал Витька, выписывая непонятные термины.

Ночью с чердака то и дело доносился негромкий шум. Это охотился на мышей горностай, следы которого были видны на сугробе у крыши. «Что‑то он больше не бегает», — подумал Витька и посмотрел в окошко. На улице было светло. Взглянул на часы. «Елочки с палочкой, просидел всю ночь. Уже пора на работу».

Витька вышел из дома и услышал шум проходящей электрички. «Какая же тут электричка? — вдруг спохватился он. — Что это шумит?» Шумел океан у другого края поселка. И шум прибоя был очень похож на шум проходящего неподалеку поезда.

В это солнечное утро следы на снегу были бирюзовыми, как вечернее небо в жаркое лето. Дома Витька никогда не видел таких следов. Они как будто светились изнутри. Галина Дмитриевна, геоботаник заповедника, объяснила ему, что такими красивыми их делают примеси разных солей в снегу, которые ветер вместе с водяной пылью приносит с океана.

Когда Витька шел на работу, небо было ярко–голубое, почти синее, как на юге. Но вдруг возле окошка началась белая кутерьма пушистых снежинок. И вскоре за метелью уже не видно стало соседнего дома.

— Какая неожиданная пурга, — сказал Витька, сколачивая стеллаж для гербарных листов.

— У нас неожиданной пурги не бывает, — засмеялась Галина Дмитриевна, — тут ее всегда ожидай.

Пурга бушевала весь день. Громадные массы незамерзающей воды океана не давали настояться морозам. Они не были здесь сильными. Зато ветер разгонялся над океанским простором и снегом хлестал в лицо так, что хоть закрывай его руками и падай в сугроб. А надо было идти в магазин — дома нечего есть.