Вчера я был у господина педагога и очень сожалею, что побеспокоил его, оторвав от дел, которые, как он сам сообщил, касаются проблем воспитания детей.

Он предложил мне сесть, но не успел я опуститься на стул, как тотчас же вскочил со страшным криком, ощупывая себя весьма непристойно перед лицом господина педагога.

– Ай, ай, ай, – убитым голосом пролепетал педагог и тоже начал меня ощупывать. – Простите, тысячу раз простите! Это все мой старший, такой озорник! Вот видите, вставил иголку в стул… Он это часто практикует. Вы уж простите…

– И вы часто имеете возможность наблюдать, как ваши гости вскакивают со стула? – с некоторым ехидством спросил я. Но так как я был не обычный гость, а проситель, я быстро успокоился и сел.

Только я приступил к первому вопросу, как вдруг верхняя половина стеклянной двери, ведущей в соседнюю комнату, со звоном рассыпалась, и к моим ногам упала домашняя туфля.

– Живко, – вскричал господин педагог, – что же ты делаешь, черт побери!

Сквозь разбитое стекло просунулась милая детская головка и сказала:

Я стреляю в маму, потому что она не дает мне ключ от буфета.

– Ай, ай, ай! Как тебе не стыдно! Разве ты не видишь, что у меня гости?!

Дитя весело взглянуло на меня и вдруг состроило такую отвратительную гримасу, будто это я не дал ключ от буфета.

Наконец, господин педагог глубоко задумался и начал читать мне обстоятельную лекцию о том, как мне надлежит воспитывать ребенка и что следует читать по данному вопросу, причем он особенно настойчиво рекомендовал свои труды, убеждая меня, что я сам виноват во всех прегрешениях своего сына. Сунув сухие костлявые руки в косматые волосы, великий педагог патетическим тоном повторил слово в слово девиз с обложки своего капитального труда: «Ошибки детей суть ошибки родителей!»