- Ларри, обещай мне, пожалуйста, одну вещь.

- Какую?

- Не приходить по утрам и не беспокоить нашего бедного папочку. Обещаешь?

Опять "наш бедный папочка"! Я уже относился с подозрением ко всему, что касалось этого невозможного человека!

- Почему? - спросил я.

- Потому что наш папочка сильно устает и не высыпается.

- А почему он устает, мамочка?

- Ну, ты ведь знаешь, когда папа был на войне, мамочка брала денежки на почте, правда?

- У мисс Маккарти?

- Да. А теперь у мисс Маккарти денежек больше нет, и приносить нам их должен папочка. Знаешь, что случится, если он ничего не принесет?

- Не знаю, - ответил я. - А что?

- Ты видел, как несчастная старушка стоит по пятницам у церкви и просит милостыню? Вот и нам, может, так придется. А разве нам хочется просить милостыню?

- Нет, - согласился я. - Не хочется.

- Так ты обещаешь, что не будешь приходить по утрам и будить папу?

- Обещаю.

Я всерьез решил, что придется на это пойти. Я знал, что денежки - вещь серьезная, и мне совсем не хотелось вместе со старушкой просить по пятницам милостыню возле церкви. Вокруг моей кровати мама разложила игрушки - утром, куда ни вылезешь, обязательно на какую-нибудь да наткнешься.

Проснувшись, я сразу вспомнил о своем обещании.

Встал, устроился на полу и стал играть - как мне казалось, долго-долго. Потом взял стул и еще долго-долго смотрел в окно. Неужели отцу пе пора вставать? Неужели пикто пе напоит меня чаем? Солнечного настроения не было и в помине - я изнывал от скуки и дрожал от холода, жуткого холода! Как мне не хватало тепла глубокой большой кровати с пуховой периной!

Наконец я не выдержал. Пошел в соседнюю комнату.

Места с маминой стороны опять не было, я стал перелезать через нее, и она, вздрогнув от неожиданности, проснулась.

- Ларрп, - прошептала она, крепко взяв меня за руку. - Что ты мне обещал?