-- Его поймали? - спросил я.

-- Еще нет, - ответил священник. - Просто полиция не там ищет.

-- Любопытно, - заинтересовался я. - Вы имеете смелость говорить так, будто знаете, где он.

-- Я предполагаю, - мрачно ответил отец Лемуан.

-- Вы не могли бы поделиться с нами своими предположениями, - попросила Ренар. - Они могли бы быть очень полезны.

-- Я не имею права так поступать, - отрезал служитель церкви. - Для меня недопустимо выдавать человека, даже если он грешник.

-- Мне понятны ваши чувства, - сказал я. - Но поймите, этот человек может оказаться убийцей.

Священник вздрогнул и вопросительно уставился на меня.

-- У меня и у полиции есть все основания предполагать, что мадмуазель Симонен отравлена, - продолжал я. - А этот парень один из подозреваемых. Возможно, он не убийца, но он может знать то, что прольет свет на это дело и поможет выявить убийцу.

-- О! Отец Лемуан! - раздался веселый голос лавочника. - Вы опять к нам пожаловали! Вроде бы вы были у нас позавчера.

-- Мне нужно пять дюжин свечей, - сказал Лемуан.

-- Хорошо, - кивнул лавочник. - Подождите, пожалуйста, минутку... Я обслужу этих людей, они давно ждут.

Я купил дюжину свечей, Мадлен не одобрила эту покупку, но спорить не стала. Отец Лемуан попросил у меня времени подумать. Я записал его адрес и вежливо попросил думать побыстрее. От хода его мыслей мог зависеть исход дела.

После посещения свечной лавки мы решили отправиться в гости к мсье Симонену. Нас провели в столовую, где мсье Симонен ужинал со своей супругой. При виде трапезы господ, мы с Ренар вспомнили, что давно ничего не ели. Особенно это стало заметно по личику Мадлен, которая уставилась на стол с широко раскрытыми глазами.

-- Добрый вечер! - поздоровалась мадам Симонен. - Мы предполагали, что вы придете. Надеюсь, вы согласитесь поужинать с нами.