От неестественного напряжения уже чувствовалась усталость в икрах ног. Вилли уже протянул руку с ремнем, чтобы набросить крючок на кольцо, как вдруг увидел: в окнах небоскреба, по ту сторону улицы, показалась голова, другая, третья. Окна запестрели лицами. Среди них много женских. Страх, недоумение, любопытство было на лицах. Польщенный этим вниманием, и в особенности вниманием женщин, молодой окномой задорно усмехнулся и двинулся вперед… Еще… Еще… Еще… Хватит!.. Он снова протянул руку с ремнем и… что такое? он побледнел, изменился в лице: крючок не доставал до кольца… Делать нечего, пришлось двигаться дальше. Скосив глаза направо, потом налево, он увидал, что расстояние между окнами одинаковое. Глубоко и осторожно вздохнув, напрягая до предела мускулы ног, он двинулся влево. Теперь взоры наблюдавших за ним волновали и раздражали его. «Спокойно! Спокойно! – говорил он себе. – Главное – равновесие…»

…Но он не учел одного обстоятельства. Малейшее ослабление мускулов уменьшало устойчивость, верхнюю часть тела клонило вперед, в бездну… Сказывалось напряжение, ноги быстро устали, словно он весь день взбирался на крутую гор) . Потом появилась частая дрожь в правой ноге и икре. Вилли тревожно скосил глаза налево – до кольца оставалось меньше метра, но расстояние это показалось ему бесконечным, каждый сантиметр – верстой. Тело покрылось испариной. Лицо осунулось. Скорей! Скорей!.. «А!» – вскрикнул Вилли, скрипнув зубами от остроколющей боли и ужаса. Судорога! Правая нога!.. Икра вздулась, окаменела… Вилли побелел, как стена, к которой он прислонялся. И тут, впервые за все время этой работы, о «ощутил высоту, ту высоту, которую никогда раньше не ощущал, – двадцать семь этажей! Он опирался одной только ногой о карниз, одной ногой на краю пропасти! Казалось, что здание качается, как мачта в тихую зыбь. Ледяным холодом потянуло» з бездны, когда Вилли почувствовал, что его спина отделяется от стены. «Вот она! Вот!..» мелькнула мысль о смерти. Широко, судорожно раскрыл он рот, прерывисто дыша, как человек, впервые бросающийся с высоты в воду. Инстинктивно вцепился он ногтями в едва заметные выступы кирпичной стены. С распростертыми руками, запрокинув голову, он казался распятым на серой стене…