«Не годится мне оставаться без места».

«Ну, я тебе отыщу другое, обещаю».

«Где же?»

«У славного рыцаря, который на своем веку зарубил больше врагов, чем у твоего монаха зерен в четках».

«А этот рыцарь богат?»

«Как король».

«И добрый христианин?»

«Как сам папа».

«Гм-гм… — протянул Ортон. — Его величество короле теперь без денег, папу отлучили от Церкви, а ты ничего не обещаешь всерьез».

«Так ты отказываешься?»

«Надо посмотреть».

«Ну, подумай…»

«А как звать этого рыцаря?»

«Реймон де Корасс».

«Так это ты?»

«Да, это я».

«Ты серьезно хочешь, чтобы я тебе служил?»

«Серьезно, только с одним условием».

«Каким?»

«Чтобы ты никому зла не делал ни внутри замка, ни снаружи».

«Да я не злой дух, — отозвался Ортон, — и не могу делать зло. Все, на что я способен, — это не давать тебе спать и тревожить тебя во сне, как мне приказал брат Мартин».

«Так вот оставь ты этого злого монаха».

«Я бы рад».

«И будь моим слугой».

«Договорились».

И вот с того самого дня, вернее, с той ночи, этот славный маленький дух так ко мне привязался в благодарность за вызволение его из-под власти злого клирика, что, не требуя никакого вознаграждения, посещает меня чуть не каждую неделю.

— А как же он вас посещает? — спросил граф де Фуа, очень внимательно слушавший рассказ сира Реймона.

— Только по ночам, когда я уже в постели. Я обычно лежу с краю кровати, а моя жена у стены. Он входит в комнату.

— Как он проникает к вам? — прервал сира де Корасса граф.

— Не знаю как, честное слово, — отвечал рыцарь.

— Это удивительно, — сказал граф. — Но продолжайте.

— И вот, он подходит к изголовью и тянет тихонько мою подушку. Я просыпаюсь и спрашиваю: «Кто там?», а он отвечает: «Это я, Ортон».