— Я припадаю к вашим стопам, господин командор. Вы меня узнаете?

— Где-то я тебя видел…

— В трактире «Сердитый петух». Вы увели моего жениха. Мы собирались обвенчаться завтра. У меня будет ребенок.

— Вижу, вижу, что будет ребенок! — горячо восклицает командор и помогает ей встать. — Ты бледна, как мертвяк. Вина ей! — ревет он одному из матросов..

Подводит ее к своим носилкам и силком заталкивает туда, не прочь и сам последовать за ней, но там слишком тесно, и он остается стоять, сунув голову внутрь и забыв, что один сапог наполовину снят. Парик докучает ему в такую жаркую погоду. Он раздраженно сдергивает его с головы и бросает матросу.

— Что тебе нужно — деньги или священник?

— По правде сказать, то и другое, господин командор. Да только какой мне толк от них, если вы увели моего жениха?

— Отведу тебя следом! — кричит он. — Пленник, фон Стерсен, может идти пешком. Гоните его из носилок! Я сяду на его место. Обратно на корабль. Да поживей!

— Не боишься тряски, если я велю своим людям бежать? — спрашивает он женщину.

— Может, в моем состоянии это не очень полезно, господин командор.

— Шагайте на цыпочках! — командует он носильщикам.

Спохватывается, что вид пленника в серебряных кандалах может вызвать сострадание прохожих. Толпа неуправляема, и он знает, как велико недовольство войной и королем, а также тем, что на Бремерхольме все чаще вешают строптивцев. Словом, всякое может случиться. А потому он приказывает фон Стерсену снова сесть в носилки, а сам идет рядом с женщиной.

— Как тебя зовут?

— Меня звать Бенте Енсдаттер, господин командор. Я родом из Фредриксхалда. Недавно последовала за моим женихом сюда в Нюбодер. Теперь вся надежда на вас, господин командор.