В такие мгновения хорошо быть мужчиной.

Теперь его накачивают вином.

У командора свой умысел. Новобрачных и винные бочки спускают в шлюпку и везут поочередно на другие корабли, подчиненные командору. Ближе всех стоит фрегат «Борзый», чуть дальше — три галеры: «Принц Кристиан», «Луиза Шарлотта» и «Амалия». За ними — оба лихтера. На каждом судне устраивается пир. Кок с «Белого Орла» везет с собой солонину. Командор захватил специи из своих личных припасов: мятное масло, корицу и имбирь. Команда «Борзого» затевает пляски на палубе. Командор пляшет со всеми. Возможно, он забывает о своем достоинстве, когда на него накатывает. Многие в адмиралтействе полагают, что он балансирует на грани, за которой человек теряет способность заставлять других людей подчиняться. Но его расчет верен. Все идет как по маслу! Командор пляшет в обнимку со старым матросом из Фредриксверна, дергает его за косичку, пьет с ним из одной кружки. Потом хватает новобрачную и тискает ее, крича:

— Я командор, мне принадлежит право первой ночи! Да только новобрачный уже опередил меня. Ха-ха-ха!

Вскоре он возвращается на борт «Белого Орла».

Тем временем туда прибыли три важных молодых щеголя из адмиралтейства. Они передают, что до адмиралтейства дошел слух, будто командор вернулся из последнего похода с ценным пленником, бароном фон Стерсеном, который в свое время дезертировал из войска его величества и поступил на службу к шведскому королю Карлу. Надлежит тотчас доставить пленника невредимым в адмиралтейство.

Командор отводит важную троицу в сторонку, находит, что можно обойтись меньшим числом, и бесцеремонно отстраняет двоих чином поменьше, судя по одеянию. Начинает что-то шептать на ухо третьему, очевидно самому главному, но спохватывается и громко спрашивает:

— Я могу положиться на вас? Вы знатного происхождения или удостоены за заслуги?..

— Господин командор, повторяю: я племянник камергера Каспара Германа Хаусмана и непосредственно подчинен адмиралу Габелю в качестве дежурного адъютанта по адмиралтейству.