Но вот проплыли устья довольно крупных речек, позади остались Окос, Воль, Воча, а Северная Кельтма не становилась глубже. Казалось, вся вода, поступающая из притоков, шла лишь на то, чтобы тонким, ровным слоем покрыть песчаное ложе реки.

Именно на Северной Кельтме родилась формула, определяющая суть нашего плавания: «Только сядешь — вылезай! Только вылез — залезай!»

И действительно, не успеешь проплыть метров двести, как приходится прыгать в воду, толкать лодку. При этом нужно держать ухо востро: песчаная отмель, как правило, совершенно неожиданно сменяется крутым подводным откосом, и горе тебе, если зазевался. Лодку подхватывает течение и догонять ее приходится чуть ли не вплавь.

Шла к концу вторая неделя похода, мы порядком устали. Не располагало к хорошему настроению и то, что все время приходилось мокнуть. Раздетым сидеть в лодке — холодно, особенно утром и вечером. Все время раздеваться и одеваться — времени нет. Поэтому в воду прыгали прямо в одежде.

Все это, повторяю, начало влиять на настроение. И тут нельзя не сказать добрые слова в адрес нашего командора. Опытный путешественник, настоящий «туристский волк», исходивший вдоль и поперек всю область, да и не только ее, он умел в самую трудную минуту снять напряжение удачной шуткой, искренней похвалой, своим всегда ровным и всегда хорошим настроением. Когда надо, Сергей Афанасьевич проявлял твердость, особенно если дело касалось соблюдения графика похода. Тут уж никому поблажек не было, и как ни хотелось иной раз понежиться в спальном мешке, вытряхивал командор из него самым решительным образом.

Он за время похода ни на кого из нас не повысил голос. Но при этом никогда не закрывал глаза на наши промахи, учил молодежь всему, что пригодится в походной жизни, а когда тяжело, действовал прежде всего личным примером.