Немного, наверно, деревень, дата возникновения которых так же точно известна, как дата возникновения деревни Канава. Когда в 1785 году начали работы по сооружению Северо-Екатерининского канала, то у северного его окончания, на берегу Северной Кельтмы, возвели, как сообщают историки, служебные помещения, казарму и «40 обывательских строений для переселившихся сюда крестьян». Сообщается также, что «поселок у северного устья канала получил название деревни Канавской».

Название деревни с годами изменилось, а сама деревня осталась, стоит крепко, несмотря на то, что канал, у которого она возникла, давным-давно заброшен.

Мы осмотрели деревню, заходили в дома. Живут здесь в достатке, чисто. В избах — электрический свет от своего движка, радиоприемники, сепараторы, много мебели. Есть клуб, а рядом с ним — волейбольная площадка. Здешняя молодежь, как правило, в города не уходит, живет и работает в родной деревне. Колхоз имени 1 Мая — животноводческий, доходы имеет неплохие, да, кроме того, все жители деревни — профессиональные охотники.

Мы путешествовали в 1960 году. Тогда только начались разговоры о проекте переброса части стока северных рек Печоры и Вычегды в Каму и Волгу. Еще не вышли на трассу изыскатели, еще тихо было в Канаве. Через три года все изменилось, все стало по-другому... Но об этом — ниже.

Проведя в деревне несколько часов и поблагодарив гостеприимных хозяев за радушие и помощь, мы вывели лодку в Северную Кельтму, которая в этих местах, у Канавы, имеет довольно невзрачный вид: и узка, и мелка. Путь по ней предстоял немалый. До ближайшей деревни Кирды сорок километров, от нее до следующего населенного пункта — еще сто двадцать.

Путь на Вычегду

Чего мы с нетерпением ждали в начале плавания по Северной Кельтме, так это появления ее притоков. Каждый, даже маленький ручеек, впадающий в реку, встречали с восторгом: все надеялись, что фарватер станет, наконец, глубже.