В ногах у Мэри сидел их пьяный попутчик, поверх одеяла оглаживая её ноги.

От включенного света Мэри развернулась и интуитивно потянулась руками к сидящему рядом, полагая, что это Олег ласкает ее. Увидев около себя чужого мужчину, она громко вскрикнула и быстро села, убрав ноги о незнакомца.

В тот же миг Умелов вскочил со своего места и с силой швырнул мужчину к двери¹. Незнакомец сильно ударился о дверь, едва не снеся ее с направляющих (как только зеркало не разбилось!), и сразу же обмяк. Босиком, в одних джинсах Умелов распахнул дверь и, приподняв незадачливого «Казанову» за пояс брюк, потащил, как тюк с мусором, к туалету.

Испуганный крик Мэри остановил его от дальнейшей расправы. Бросив бедолагу посреди коридора, Умелов быстро вернулся в купе, чтобы успокоить любимую.

Усадив Мэри на колени, он вдруг почувствовал неимоверную усталость. Как будто он один вмиг разгрузил целый вагон угля. Мэри, всхлипывая, прижималась к груди Олега, а он гладил ее по голове, боясь пошевелиться. Так они просидели почти до самого утра. Незадачливый любитель женских прелестей в купе больше не появился.

* * *

Каждое утро в поездах по маршруту «Москва — Нижний Новгород» всегда начиналось с одного и того же. После станции «Дзержинск» во всех вагонах поезда начинала звучать музыка, а дежурные проводники обходили купе, чтобы разбудить спящих пассажиров.

— Вставайте! Скоро буду закрывать туалеты! Вставайте, — монотонно выкрикивала проводница, идя от одного купе к другому и стуча в пластик двери металлическим спецключом с круглым набалдашником.

Умелов резко поднялся и, включив свет, недоверчиво посмотрел на верхнюю полку. Судя по нетронутым вещам и не распакованной постели, незнакомца не было всю ночь.

— Маруся! Вставай! — Олег погладил любимую по роскошной копне волос.