Вряд ли они вернутся на свои места, эти цари. Не до них сейчас. Впрочем, в Восточном Берлине, "Старый Фриц" - Фридрих II, вернулся вдруг на Унтер-ден-Линден, на то же самое место, где когда-то стоял. Я видел его. Говорят, сам Хоннекер велел. Велел же Сталин всех Кутузовых и Суворовых когда надо вспоминать. Только Скобелева почему-то обошел.

Неисповедимы пути тираньи...

Пришел ко мне как-то Толя, скульптор. Усталый, невеселый. Потребовал чаю, водки он не пьет, стал жаловаться на жизнь. Заказов нет, конкурс на памятник Воссоединения второй год уже тянется, в Худфонде отказали в инструментах, распределили среди боссов. Одним словом, хреновина сплошная.

- Нужен мне мрамор. Задумал одну штуку. Рыскаю по всему городу, с огнем не сыщешь. Клянчил на Байковом кладбище, заломили такую цену, что хлопнул дверью и ушел.

- Постой, постой, Толя, - перебил его я. - Кажется, я могу тебе помочь. Ты в универмаг на площади Победы не наведывался?

- В универмаг, на площади Победы? Нет, а что?

- А ты загляни.

- Зачем?

- Сходи во двор, посмотри по сторонам, потом доложишь мне.

- Не понял.

- Сходи, сходи, есть там, говорят, кое-что интересующее тебя.

- Мрамор?

- Вроде.

- В универмаге? Мрамор? Ты спятил.

- Да не в самом универмаге, а во дворе, говорят тебе, вот бестолковый. Могу с тобой сходить, если хочешь.

- Хочу.

И мы двинули.

Пришли. У ворот сторож. Куда? Есть дело. Какое? Сунули трояк, пустил.