— Тогда торопитесь и кланяйтесь от меня. Женщины не любят, когда мужчины опаздывают.

Джим стремительно закрыл за собой дверь и быстро опустился по лестнице. Действительно, он опаздывал. Но, когда увидел свой столик не занятым, вздохнул облегчённо. Через минуту к нему подошла кельнерша, сияя лучезарной улыбкой.

— Ваша барышня ещё не приходила, сэр. Вам принести всё, как всегда?

— Да, пожалуйста.

В этот момент в дверях появилась девушка, и Джим поторопился к ней навстречу. Она была высока ростом и хороша собой. Не стану описывать её красоту, но поверьте, при виде её ни один мужчина не остался бы равнодушен.

— Ты извини, я немного опоздала, — сказала она с обезоруживающей улыбкой. — У нас в ателье была прескучная герцогиня, которую мне пришлось фотографировать в семнадцати различных позах. Она не очень хороша собой, и с такими всегда больше всего хлопот.

— Что поделаешь. Единственная возможность хорошо выглядеть для людей с посредственными лицами заключается в хорошей фотографии, — пошутил Джим.

Ева служила в большом фотоателье на Рэджент-Стрит. Джим случайно познакомился с ней в этом же кафе. С этого времени они часто встречались в обеденные часы за чаем. Однажды Джим попытался пригласить её в театр, но она отказалась наотрез. Когда были съедены первые бутерброды, разговор стал неспешным, будто продолжением вчера прерванной беседы.

— И как продвигаются ваши поиски молодой девушки?

— Мистер Солтер объяснил мне сегодня, что дело мало в чём изменится, даже если я её найду.

— Однако было бы интересно, мне так хочется, чтобы ребёнок оказался живым.

— Не следует питать особых иллюзий. Меня лично больше всего обрадовало бы то обстоятельство, если бы вы оказались пропавшей наследницей.

— Вы неисправимый фантазёр, — откровенно смеялась Ева. — К сожалению, я дочь бедных, но честных родителей, как говорится в нравоучительных рассказах.

— Не торопитесь с выводами. Ваш отец жил в Южной Африке?