
— Нет, — ответил Бекас, и ему вдруг захотелось щелкнуть каблуками и добавить: «Ваше Превосходительство!»
— Ладно, езжай, шутник! Не мешай работать, — сказал инспектор, углядев далекий свет фар очередной машины, и протянул Бекасу документы.
Когда Бекас сел за руль, завелся и поехал домой, то подумал о том, что неплохо было бы сменить штаны.
«…не в том дело, Волк, что с людьми этого сорта нужно покончить раз и навсегда. Это само собой разумеется и не так уж сложно. К власти пришли не те. Россию продают по частям, оптом и в розницу. Эти самые люди, стоящие у власти на данный момент, и продают. После переворота в стране установится Диктатура Закона!
Но переворот невозможен без серьезных на то оснований. Пример Язова в девяносто первом показал, что только одними благими намерениями порядок в стране не восстановить. России нужна встряска, и это потребует жертв. Основной тезис подготавливаемой нами операции — тысячи невинных жертв,ради спасения миллионов и самого будущего страны. Вы понимаете, о чем я говорю?
—Да, я понимаю вас, Тигр. Продолжайте, пожалуйста, это очень интересно.
—Извольте. Помните фильм, в котором Жеглов подбросил кошелек в карман вора „Кирпича "?
—Да, конечно. Весьма поучительно…
—Что поучительно? Не сбивайте меня с мысли. Так вот, он подбросил действительно украденный кошелек. А наша задача сложнее: мы должны сами украсть его и подбросить вору до того, как он решит, делать ему это или нет. Поняли?
—Ну, в общем, понял.
—Ничего вы не поняли. Мы должны совершить действия, которые эти люди хотят совершить, но почему-то пока не делают этого. Пока. И постоянное ожидание этого гибельно. Вы поймите — ведь они в идеале хотят убить всех. Это — их недостижимая мечта. И поэтому мы должны сделать нечто, свойственное именно им, но такое, на что у них не хватит ни духу, ни средств. Именно тогда государство, потрясенное чудовищностью события, будет вынуждено пойти на террор. Да, именно на террор по отношению к этой категории людей. Их будут вешать на столбах, отрубать им головы, но граждане перестанут бояться жить. Вы хотите — жить?
