Для ловли щук и крупных окуней мы заготовили пять жерлиц и пять кружков. Кружки у нас были пробковые, старые, уже испытанные, и Михаил Алексеевич только заменил у них поводки — стальные тонкие проволочки с карабинчиками — да наточил поострее жала тройных крючков. А вот жерлицы он сделал новые.

В Голошубихе, под горой, были целые заросли можжевельника, и поэтому мы всегда делали из него не только жерлицы, но и маленькие удилища (специально для донок).

— Давайте отправим Горку с ребятами в Кадницы за червями, — предложил мне Андрей. — У нас черви плохие, там лучше — жирняки!

Я и раньше знал, что в Кадницах черви замечательные. Они маленькие, юркие, тёмно-красного цвета, с лёгкими желтоватыми полосками. Копают их все окрестные рыболовы на унавоженных кадницких луговых огородах. Даже из Работок рыбаки приезжают за ними на лодках. Рыба на них клюёт очень хорошо и предпочитает их бледным земляным червям.

Часа через два ребята вернулись из Кадниц и принесли такое множество червей, что их должно было хватить всей нашей компании на пять-шесть дней. Чтобы черви хорошо сохранились, мы выложили их в деревянный ящик, засыпали влажной землёй, смешанной с ржаными отрубями, и поставили в прохладное место, под сенями дома.

Целый день мы провозились со своими удочками. А вечером, когда совсем стемнело, Михаил Алексеевич и Андрей пошли с электрическим фонарём ловить выползков — крупных червей, которые ночью выползают на поверхность земли. Митя тоже взял свои фонарик и вместе с Горкой отправился за выползками. На выползков очень большие охотники крупные окуни и краснопёрки. Любят полакомиться выползками и лини. Беда только, что у линя очень маленький рот и уж очень долго он сосёт выползка и медленно заглатывает его. Прямо истомишься, дожидаясь, пока можно его подсечь! Да и то часто бывают досадные промахи: или рано подсечёшь, или, наколовшись на крючок, линь сам выплюнет выползка.