"Я вам, - стала она рисовать пальцем на песке, - приведу сходный пример. Вот вам тот же Египет, за ним - родная вам до самолетной боли Ливия, а вот тут нечело-вечески близкий вам Ирак. Еще помните, что там делали ваши летчики? Ага. И в этакой мирной и естественной арабской непрерывности торчит, как прыщ на ислам-ской заднице, наш Израиль. Вот недоумки в ваших странах и вопят - нафиг нам всем этот вечный раздражитель? Давайте начнем с поселений, а потом и всю эту жи-довскую страну сковырнем с карты мира, так?"

А ведь это действительно так, подумали одновременно русский и англичанка. У нас общество ждет конца Израиля не со страхом, а с любопытством и нетерпением...

"Мира и спокойствия это вам не принесет," - начал я, но меня перебил Амирам Эйдель: - "Мы бы давно исчезли, если бы слушали ваших советов. А потому держите их при себе, господа. Особенно вы, русские, - навис он над щуплым Сырых. - Уж вы-то все возможное и невозможное сделали, чтобы нас тут не было. А мы вот есть. И лучших из вас, связавших свою судьбу с евреями, он кивнул на Таню, - приняли тут как родных. И поселениям быть, как бы вы ни скулили и ни рычали. А будете и дальше кусать, как сегодня, получите через своих палестинцев наш ответ. За Вику мы сто бандитов уложим. Но моей землей им не владеть."

"Напрасно вы так, - сделал вид, что обиделся Вова. - Мы сегодня вовсе не Советский Союз. У меня в Израиле десятки друзей, еще по Москве. И убита сегодня, между прочим, наша бывшая соотечественница. Ваша боль - наша боль. И наш президент сказал..." "...а сам, - перебил я, - атомные бомбы и ракеты Ирану и Ираку помогает делать. Сирию с Ливией перевооружает. А те ведь не только не скрывают намерения нас уничтожить - афишируют! А ну-ка продай мы Чечне пару боеголовок и пришли специалистов по их доставке на Васильевский спуск? Поверили бы русские и ваш президент в наши дружеские чувства?"