– Ты как? – спросил Павел Матюхов. – Вижу, хорошо… Жена, дети, наверное, есть. Здесь, в Москве, живешь?

– Нет, под Москвой, – ответил Дорогин.

– А здесь что делал? Как тебя сюда занесло?

– Встреча деловая была назначена… Но дама не пришла, зато Бог тебя послал. Садись, что мы стоим, как столпы соляные.

Мужчины сели. Дорогин вертел в дрожащих пальцах губную гармошку.

– Кажется, что эта та самая, но сколько лет прошло…

– Она – один в один, как та – немецкая, я такую и искал. Только та играла чуть мягче… А у этой звук немного жестковатый.

Сергей вытряхнул из пачки сигарету, нервно, жадно закурил.

– Как ты, что ты? – спросил Дорогин.

– Приехал с предложением в один комитет, а они меня отфутболили, сволочи!

– В какой комитет? Зачем?

– Это даже мне неинтересно… Лучше ты о себе расскажи.

– Пойдем в ресторан, в бар, посидим, выпьем… – предложил Дорогин, рассматривая своего друга детства так, словно сличал фотографию с оригиналом.

– Что ты на меня так смотришь? Сильно изменился? Постарел?

– Ясное дело – не помолодел! Все-таки тридцать один год прошел!

– Ну на, смотри, любуйся! – Павел Матюхов стащил с головы шляпу, хлопнул ее на скамейку.

Огромная лысина, взъерошенные на висках волосы, но глаза те же, грустные, темно-карие, как каштаны, вспомнил сравнение учительницы русского языка и литературы Дорогин.

– Сильно старый?

– Ничего.., не сильно изменился, – произнес Сергей.

– А ты чуть другой стал, Серега, слишком взрослый, что ли…

Дорогин расхохотался. Рассмеялся и Павел.

– Фу ты, черт! – сказал Матюхов. – Здесь я мог встретить кого угодно! Мог увидеть народного артиста, эстрадную звезду, актера, политика, но чтобы встретить тебя, Серега, я даже представить себе такого не мог!

– Да и я не ожидал!

– Серега, ты знаешь, где я был?