Подполковник Бойченков Дмитрий Иванович, как и многие сотрудники органов государственной безопасности, в то суровое военное время редко ночевал дома. В его рабочем кабинете в доме номер два на площади Дзержинского стоял кожаный диван с высокой спинкой, к которой была приделана застекленная полка для книг. Она не пустовала: Бойченков любил читать, и, пожалуй, не было случая, чтоб он перед сном не прочитал сотню, а иногда и больше страниц. Разные книги стояли на полке за узорчатым зеркальным стеклом: русская и зарубежная классика, два сборника Ленина и Сталина, учебник политэкономии, томик Тимирязева, томик Вильямса, сборник статей Белинского, "История Государства Российского" Карамзина.

В большом, вделанном в стену шкафу висели военный китель и штатский костюм, шинель и пальто. Там же лежали подушка, простыни, одеяла, полотенца.

Двадцатишестилетний подполковник занимал довольно высокий и ответственный пост в Министерстве государственной безопасности. Подчиненные ему чекисты-разведчики действовали в тылу немецких войск на оккупированной Гитлером территории.

В этот день Бойченков лег спать тоже в своем кабинете в третьем часу ночи. Собственно, это было уже утро: над притихшей Москвой струился розовый рассвет. Перед тем как лечь на пузатый, неудобный для сна диван, Бойченков снял с полки томик Чернышевского, зачитался. Особо понравившиеся места подчеркивал красным карандашом, чтоб затем выписать их в толстую в черном переплете тетрадь. Двумя жирными линиями и восклицательным знаком на полях отметил такие строки: "Народность, как знамя, как боевой крик… окружается ореолом, когда народ борется за независимость, когда свергает иноземное иго". "Русский народ уже показал себя, на что он способен; он уже много сделал, и это несмотря на цепи, в которые были закованы его руки; факт странный, но верный, как верно и то, что другие народы потратили целые века и ничего не сделали, несмотря на полную свободу… Он двигался и заявил себя в блиндажах Севастополя и на его стенах. Разве слабые народы дерутся так?.. Во имя любви к русскому народу я готов принести огромную жертву".