Но это был не киллер, а начальник отдела Московского РУОПа майор Никита Долгушин. Его грудь украшала золотая цепочка с палец толщиной, считавшаяся золотой, но на самом деле изготовленная из похожего на золото сплава. Она прекрасно отводила глаза при опермероприятиях — уркам в голову не могло прийти, что милиционер станет гулять с такой вещицей. Он пил кофе из большой синей кружки и тоже зевал. Аверин прекрасно знал обоих, имел с ними приятельские отношения. Сколько дел вместе поднято!

— Здорово, орлы, — кивнул Аверин. — Сонное царство. Никакого намека на трудовую активность. Кто пахать будет?

— Народ в поле уже пашет, — отмахнулся Долгушин. — Отрабатывают версии. А мы тут руководим.

— Кофе пьем, — поддакнул Савельев.

— Наши ребята свидетелей пытают. Но пока ничего конкретного. Только стон — какой великий человек из жизни ушел.

— Введите в курс.

— Погиб Глобус. Скончался благодетель, душа воровского мира, — с деланной горечью вздохнул Долгушин. — Только позавчера грузовик с продуктами к Бутырке подкатил — гуманитарная помощь. Порадовал братанов. И вот — вражья пуля.

Александр Дулгачев — вор в законе по кличке Глобус, авторитетнейшая фигура московского криминального мира. Под ним ходила половина подмосковных группировок. Он курировал солнцевские бригады и казанцев, поддерживал прекрасные отношения с кавказцами, чем вызывал большое неудовольствие воров-патриотов. Он был из тех воров, которые держали нос по штормовому ветру перемен и без особых терзаний отказывались от многих воровских принципов. Одним из первых в Москве он начал накладывать лапу на кооперативы. В последнее время обеспечивал прикрытие крупным СП и казино, занимался третейскими судами между бригадами, получая хороший куш, имел долю от автобизнеса, в том числе и от теневого. Он одевался у лучших портных в костюмы с золотыми пуговицами, а в гараже стояло больше десятка иномарок. У него одного из первых в Москве появился «Линкольн» — представительная черная машина длиной с троллейбус, оснащенная спутниковой связью.