- И кому вы позвонили?

Министр недовольно взглянул на Дронго.

Потом вымолвил:

- Конечно, Президенту.

- Он сам взял трубку?

Министр покачал головой.

- Не зарывайтесь, Дронго. Надеюсь, вы не собираетесь подозревать Президента страны в том, что он сообщил террористам об изменении времени рейса? Кстати, я позвонил ему не сразу, минут через пятнадцать. Они просто не могли успеть. Поэтому, думаю, мой звонок Президенту здесь ни при чем.

- А ваш секретарь? Она могла услышать ваш разговор? Или кто-нибудь из ваших помощников?

- Вы серьезно подозреваете, что мои помощники связаны с террористами?

- Вы сами попросили меня помочь. Вы утверждаете, что никто, кроме сотрудников МИДа, не мог знать о перемене дня вылета.

Поэтому я и задаю такие вопросы.

- Не могли, - категорически заявил министр, решив прекратить споры с этим неприятным для него человеком. - Не забывайте, у нас очень мало времени.

- Что вы предлагаете мне делать?

- Поехать со мной в министерство и найти человека, выдавшего террористам информацию. Там всего пять человек. В течение трех часов вы обязаны найти и указать мне, кто и почему решился на такой пагубный для страны шаг.

- Почему пятеро? Вы посчитали и себя?

Все равно должно получиться четверо.

- Нет, - разозлился министр, - конечно, нет. Если бы я сам сообщил террористам об отмене рейса, я бы не стал вас искать. Не нужно все время считать себя умнее других, Дронго. Просто там присутствовала и стенографистка, которая фиксировала их беседу. И девушка - секретарь заместителя министра, которая приносила им чай и могла слышать их разговор. В общем, получилось пять человек.

Или вам мало такой цифры?

- Меня больше волнует другая цифра, - честно признался Дронго. Почему они попросили такую заведомо нереальную сумму - миллиард долларов? Любой мало-мальски нормальный человек понимает, что миллиард долларов наличными ему никогда не дадут.