1

В животах урчало. Был уже четвертый час, а с утра никто не проглотил ни крошки хлеба. Вначале разговоры шли вокруг медкомиссии, но бывший помощник кока Василий Нечмирев сказал:

Хватит, братишки. То уже старое. Кто знает, что такое бара-кабоб?

Голоса стихли, некоторое время все молчали, озадаченные этим вопросом, потом кто-то проговорил:

Это болезнь…

Ха! — Вася с нескрываемым презрением сплюнул за борт машины. — Попал пальцем в небо. Слушай, братишка, что это за болезнь — бара-кабоб. Делают эту болезнь таджики. Как делают? На дно большого котла кладут деревянную решетку и наливают воду. Потом на эту решетку укладывают, ногами вниз, хорошо промытого целого барашка вместе с курдюком. Перец, гвоздичка, корица, ломтики лимона — это по вкусу. И в таком виде этот славный барашек варится на пару три часа. Ты слышал, как вечером пахнет ночная фиалка? Так я тебе должен сказать, что против того, как пахнет бара-кабоб, запах ночной фиалки — это так, канализация… Берешь ты кусок бара-кабоба, подносишь его ко рту, и глаза твои сами закрываются от удовольствия… Эх, братишки, сейчас бы нам, вот на эту компанию… Да что говорить! Недурно бы и по паре порций мутанджана. Это тоже болезнь. На двести граммов жирной баранины — сто двадцать граммов чищеных каштанов, двадцать граммов курдючного жира, сто граммов репчатого лука, ну и соли, шафрана, перца… Ах, дорогие товарищи! Не будь я помощником кока, если вы с этим мутанджаном не проглотили бы и своих пальчиков. Вино подается или цоликаури, или матраса. Можно черноморский рислинг.

Вася мечтательно покачал головой и умолк. Сидевший рядом с ним белобрысый парень открыл чемодан и вытащил из него огромный кусок сала и булку.